Стихи Сергея Апостолова

Автор —  наш друг Сергей  Апостолов

Октябрь

oktyabr

Вот он скромный красавец октябрь
В багреце, изумруде и охре.
На озерах холодная рябь,
И тропинки от ветра просохли.
Пал бесснежный мороз на Покров,
Легким инеем выбелил гвозди.
В бурой глине раскопанный ров.
И рябины кровавятся грозди.
Дух летит по спирали в зенит
Над крестами Бориса и Глеба,
Журавлиная песня звенит
В гулких высях осеннего неба.
А по папертям голых полей,
В опустевших обителях леса.
Бродит ветер, седой иерей,
И как ладан тумана завеса

Сага

rassvet

«Часов однообразный бой…»
Ф. И. Тютчев

Стучат часы и отбивают ритм
Какой-то древней, бесконечной саги.
Чернеют голые черёмухи в овраге,
Какие сны метель наносит им?
Какие сны под утро снятся нам?
Всосав рекламу вискаса и твикса,
Вобрав виденья странные «Твин Пикса»
Томится головы пустой вигвам.
Но вот над крышами вдруг сделалось светло,
Зари далёкой заалели пальцы,
Работу вставив в раму, словно в пяльцы,
Игла рассвета протекла стекло,
Холодным блеском в сердце боль внесла,
Пронзила утро новою тревогой,
Пусть тягощусь я избранной дорогой,
Другого мне не ведать ремесла.
Рассвет, рассвет, бессрочный кредитор,
Я заплачу, я кредитоспособен,
День рвётся в дверь, грабителю подобен,
Я убираю бритвенный прибор.
Куда пойти, кому продать свой труд,
И на какую обратиться биржу?
Что за строку начертанной увижу,
Что за сомненья мне её сотрут?
Как оплатить огромные счета
За мнимую, но всё-таки свободу,
И не прогнуться сильному в угоду?
Пусть лучше гложет пенями тщета…
День выплеснется смесью лживых бурд,
Перелистнётся пёстрая страница.
Лежит зачитанная «Лысая певица» –
Классическая пьеса: жизнь – абсурд!

Последняя глава

pogar

«Есть глава последняя такая…»
Роман Солнцев

Четвертой книги «Царств» последняя глава:
Паденье и пожар Ершалаима,
Нет хлеба, обесценились слова,
Лишь купина стоит неопалима.
Царь ослеплен, заколоты сыны,
Первосвященника убили в Ривле,
Осколки жалкие остались от страны,
Все лучшие в плену или погибли.
Как наказанье бич сей Божий дан,
Сойдёт ли вновь на люд наш благостыня?
Господень дом пожёг Навузардан,
Разграблена великая святыня.
Халдеи взяли всё, что было в нём:
Подставы, море медное и чаши,
Небесным что осолено огнём,
Что мастера выковывали наши.
А земли, где и мёд и молоко,
Глядят на наш позор, не наглядятся.
Мы знаем, что упали глубоко,
Но с нами Бог и нам дано подняться!

* * *

soldat

Три пополудни, июль раскалённый.
С другом-строителем рядом сидим.
Выпили влаги колодца студёной,
Курим на лавочке и молчим.
Солнце палит, и ни облачка нету.
Улица с горки сбежала к реке,
Вон подкатил мотоцикл к сельсовету.
Потарахтел и застыл в холодке.
Тихо-то как! Воздух зноем напоен,
Только не снимет шинели своей
В бронзе отлитый склонившийся воин.
Горькая память тех дней.
А на плите, как повсюду в России,
Строчки фамилий погибших солдат.
Здесь они жили – пахали, косили
И не вернулись назад.
В поле, в окопах ли, на переправе
Пали солдаты — ты помни о них.
Ныне и я в немудреной оправе
Им посвящаю свой стих.
Перекурив, друг мой к стройке уходит,
Каску одев, словно к передовой,
Ну а жара все не сходит, не сходит.
Что ж – потерпи, рядовой.

* * *

vesna

«Ещё в полях белеет снег…»
Ф. И. Тютчев

Еще простынками лежит в ложбинах снег,
Трав прошлогодних смята власяница,
Но вот в кустах затенькала синица,
Зимы поспешный подглядев побег.
Та второпях пожитки не собрав,
Гонима тёплым ветром-пилигримом,
Ушла, себя подкрашивая гримом,
Репризы до конца не доиграв.
Была она в румянах хороша,
Но потускнела, роли нет на завтра.
Актриса погорелого театра,
В чем держится теперь твоя душа?
Меж тем на небе, в вате облаков,
Уже открылись голубые окна,
И солнце золотистые волокна
Спустило в пёстрый рай березняков.

Ваш отзыв